Сплетение судеб


сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 20 страниц)

Назад к карточке книги

Белая Татьяна
Сплетение судеб

Глава 1

Перед 1сентября в сплетение судеб школе хлопот всегда много. Ольга Сергеевна только что вернулась из отпуска. В этом году она выпускала свой одиннадцатый класс. В их лицее было заведено брать первоклассников и вести их до самого выпуска. В этом же классе училась и ее дочь Яночка. Но волновалась классная руководительница за всех своих учеников. За годы учебы они стали для Ольги Сергеевны родными. Она любила своих ребят, и они отвечали ей тем же.

Неожиданно ее вызвали к директору. Войдя в кабинет, учительница увидела, что у директора сидит крупный, представительный мужчина. Директор указала ей на стул, предлагая присесть.

– Ольга Сергеевна, – сказала она, – у меня для вас новость. В вашем классе будет новый ученик. Вот познакомьтесь, пожалуйста, это отец вашего новенького, Павел Павлович Милорадов.

– Очень приятно, – ответила учительница, слегка наклонив голову.

– Взаимно, – произнес мужчина, улыбнувшись приятной улыбкой.

– Извините, – обратилась она к Милорадову, – а вы что, приехали из другого города?

– Нет, Ольга Сергеевна, мы переехали из другого района Санкт-Петербурга.

– Но выпускной класс, – с удивлением произнесла женщина, – может, не стоит менять школу или лицей, где вы там учились?

– Лицей, в котором учился мой сын, находится слишком далеко от теперешнего места жительства, – ответил мужчина. – Я бы не хотел вдаваться в подробности, но нам необходимо было переехать.

– А вы в курсе, что наш лицей с языковым уклоном? – поинтересовалась она.

– Безусловно, Ольга Сергеевна, об этом вы можете не волноваться. Клавдия Андреевна, преподаватель английского языка, уже проверила его знания и осталась довольна, – строго ответила директор.

– Мой сын достаточно хорошо владеет английским и немецким языками, и даже неплохо французским. Его мама работает переводчиком в Консульсте, и с раннего детства занималась с ним.

– Ну, хорошо, – согласилась Ольга Сергеевна, – предположим, с учебой у него проблем не будет, а новый коллектив, новые учителя, новая школа? Не станет это все для него слишком большой нагрузкой?

– Мирик очень общительный и неконфликтный мальчик, я думаю, он легко впишется в коллектив.

– Как вы сказали, его зовут?

– Его зовут Новомир. Новомир Павлович Милорадов, – с улыбкой и даже, как показалось учительнице, с гордостью произнес мужчина.

– Редкое имя, – с удивлением сказала Ольга Сергеевна.

– Вы простите меня, ради бога, но мне очень нужно быть на важном совещании. Серафима Андреевна в курсе всего, документы я принес. И позвольте мне откланяться, – сказал мужчина, вставая.

Оставшись наедине с директором, Ольга Сергеевна, листая папку с документами нового ученика, пожала плечами и недоуменно произнесла:

– Вот я бы никогда в последний год не стала срывать свою дочь со школы.

– Ну, всякое в жизни бывает, – ответила директриса. – Я посмотрела, оценки у него очень хорошие, характеристика отличная. Вчера мальчик был здесь вместе с матерью. Вы поговорите с Клавдией Андреевной, она познакомилась и с Екатериной Максимовной, и с Мириком.

Вернувшись в класс, сидя за столом учителя, Ольга Сергеевна задумалась. Новомир, Новомир, – крутилось у нее в мозгу. Когда-то это довольно редкое имя очень многое для нее значило. В их школе был такой Мирочка Крылатов, с лукавыми, озорными глазами, сводившими семиклассницу Ольгу с ума. Как она бегала за ним, как пыталась обратить на себя его внимание, но все было тщетно. Мирик был десятиклассником, по тем временам выпускником, и совершенно не замечал ярую активистку Олю Демину, которая была для него, видимо, сопливой девчонкой.

А потом встреча через пять лет. Она студентка третьего курса Питерского университета, он преподаватель психологии. У Новомира Львовича все те же лукавые и озорные глаза, та же обворожительная улыбка, но он уже женат, и у него есть сын. Но для Оленьки это не имеет никакого значения. Былая детская влюбленность моментально перерастает во всепоглощающее чувство. Мирочка, наконец-то, замечает ее, улыбается ей, говорит комплименты, гладит по коленочке в машине и увозит влюбленную студентку к себе на дачу. Бурный, страстный роман, который продолжается чуть больше месяца. А потом Мирочка исчезает. Исчезает насовсем и неизвестно куда. Приходит новый преподаватель психологии, а господин Крылатов, по слухам, уехал из города. Больше Оля его никогда не встречала.

Но еще долгие годы, когда она уже вышла замуж, родила дочь, закончила университет и сама стала преподавать в школе, неотразимый Мирочка стоял у нее перед глазами. Его взгляд, его голос, его жесты, смех, страстные поцелуи и нежные объятия буквально преследовали ее даже во сне. Муж Валера, с которым они учились в свое время в одном классе, и который был влюблен в Оленьку Демину со школьной скамьи, прекрасно знал Новомира Крылатова. Знал об Ольгиной любви к нему и потому, ненавидел этого человека всеми фибрами своей души.

– Ольга, ну наконец-то, – услышала она голос Клавдии Андреевны, вошедшей в класс. – Я уж думала, ты к началу учебного года опоздаешь. Завтра 1 сентября, а ты только сегодня появилась.

– Здравствуй, дорогая, – ответила та. – Я ведь позднее всех в отпуск ушла. Пока вы все отдыхали, я тут в лицее всякие хозяйственные вопросы решала, связанные с ремонтом. Дожидалась, когда мужу отпуск дадут, чтобы съездить отдохнуть вместе.

Женщины обнялись и поцеловались. Они были ровесницами и с самого начала учителями у нынешних выпускников, так как иностранный язык в лицее дети начинали изучать с первого класса. Кроме того, их связывала взаимная симпатия и дружеские отношения.

– Оля, тебя Серафима уже поставила в известность о новеньком ученике?

– Да, конечно, – ответила учительница, – директриса вызывала к себе, познакомила с отцом мальчика. Говорят, что ты его уже проэкзаменовала, поделись впечатлениями.

– Ой, я, честно говоря, когда мне Серафима об этом новом ученике сказала, страшно расстроилась. Вот думаю подарочек на выпуске. Мало ли что у него мама переводчик, сам-то может быть парень с языком и не в ладах. А она мне поет, что папа его крупный бизнесмен, весь автосервис Питера у него в руках. Да мне-то, какое дело до его родителей, правильно, Оля? Посмотрела я на пацана и мне показалось, что у него взгляд какой-то насмешливый и пренебрежительный. Дескать, у меня такие мама и папа, так куда вы денетесь, все равно в лицей зачислите.

– А мать его, какое на тебя впечатление произвела?

– Этакая обесцвеченная блондинка, яркая женщина, довольно симпатичная, но несколько полноватая. Когда мы пошли с ее сыном в класс проверять его знания, она была совершенно спокойна, как мамонтиха. Лично я бы, как мать, под дверью стояла и подслушивала, как мой ребенок сплетение выдержит испытание. Мне все это не понравилось, и я предложила парню очень трудный текст для перевода. Дала ему лист бумаги, ручку и решила выйти минут на 10. Словарь, правда, на стол все-таки положила. Ну, действительно сложный текст подобрала. Взять-то его в лицей раз уж Серафима так решила все равно бы пришлось, но мне хотелось с парнишки спесь сбить. Говорила с ним с первой минуты только по-английски и уже собиралась выйти, а он вдруг спрашивает, дескать, а что перевод надо писать? Я так ехидненько ему ответила, что если можешь, переводи сразу. Оля, он так, чик, чик, чик и все перевел с листа. Я была несколько озадачена. Позадавала ему вопросы по временным формам, он на все ответил правильно. В общем, говорит парнишка на английском языке совершенно свободно, причем с великолепным произношением. Так что с моим предметом у него проблем не будет.

– Вот и хорошо, – согласилась с ней классная руководительница. – Лишь бы с учебой у него не было проблем, а как он приживется в новом коллективе, пусть родители волнуются, сами виноваты, что не дали мальчишке доучиться в старой школе.

Придя домой, Ольга Сергеевна сообщила дочери, что в их классе будет новенький. Янка тут же по телефону стала обзванивать всех своих школьных подруг и удивлять сенсационной новостью. Когда ей позвонил Вова Лукашин, с которым они дружили уже два года, то Яна сказала об этом и ему. Мать, во время их разговора, попросила у дочери трубку.

– Володенька, здравствуй, – сказала она. – Я тебя очень попрошу, когда завтра новый ученик появится в классе, вы уж не чурайтесь его, примите по-дружески. В новом коллективе даже взрослый человек чувствует себя весьма неуютно.

– Да не волнуйтесь, Ольга Сергеевна, примем, как положено, главное чтобы он нормальным парнем оказался.

– Я на тебя надеюсь. Позвони там кому-нибудь еще из ребят и предупреди, – попросила она.

Когда на следующий день после звонка классная руководительница вошла в класс, то всюду стояли цветы.

– Ну, здравствуйте, мои дорогие, – обратилась учительница к своим ученикам. – Вы, гляжу, у меня прямо, как первоклашки все с букетами пришли. Спасибо вам большое. Надеюсь, все вы хорошо отдохнули и готовы идти в бой, – с улыбкой заметила она. – Год нам предстоит сложный, вероятно самый сложный после первого класса. Думаю, что вы это понимаете, и не подведете ни себя, ни меня, – добавила Ольга Сергеевна, присаживаясь к столу.

– А теперь я бы хотела познакомиться с нашим новым учеником Новомиром Милорадовым, – сказала она, окидывая комнату взглядом. – Я надеюсь, он появился, встаньте, пожалуйста.

С последней парты поднялся довольно высокий худенький парень. Ольгу Сергеевну как будто окатили ушатом холодной воды. Лукавыми, озорными глазами, с очаровательной улыбкой на нее смотрел юный Мирочка Крылатов. Сходство было настолько разительным, что женщине стало не по себе. На мгновение она растерялась, но быстро взяла себя в руки.

– Может, вы немного расскажете нам о себе, – попросила учительница.

– А о чем рассказывать-то? – совершенно по Крылатовски пожав плечами и поведя удивленным взглядом из стороны в сторону, спросил юноша. – Родился в Питере, учился, родители переехали в другой район, и я оказался в вашем лицее. Ничего выдающегося совершить еще не успел, – добавил он, продолжая чуть иронично улыбаться.

– Скажите, а лицей, в котором вы учились, тоже с языковым уклоном? – поинтересовалась Ольга Сергеевна.

– Не совсем, – ответил тот, – я даже точно не знаю, но расширенные программы у нас были по гуманитарным наукам, а иностранный язык преподавали тоже с первого класса.

– Я спрашиваю потому, что Клавдия Андреевна очень высоко оценила ваш английский. А из вашей характеристики я узнала, что вы не хуже владеете и немецким.

– Ой, это очень просто объясняется, – с лукавой усмешкой заметил паренек. – С трех до восьми лет я жил с родителями в Германии, поэтому и со сверстниками, и со взрослыми мне приходилось общаться на их языке. По приезде в Россию мама с папой, чтобы я не забыл язык, устраивали целые дни, когда мы разговаривали дома только по-немецки.

А с английским языком, который мне пришлось изучать в лицее, вначале у меня было не очень гладко. Но поскольку мамуля у меня переводчик, а отец, имея много зарубежных партнеров, тоже говорит на этом языке, то они стали действовать методом "шоковой терапии". То есть, не меньше трех дней в неделю стали устраивать дни английского языка. Причем, когда в такие дни я говорил, что-либо на русском, они делали вид, что не понимают меня и даже не слышат. В такой обстановке хочешь, не хочешь, а научишься. И потом, в летние каникулы батя часто брал меня на всяческие автосалоны, которые устраивались за границей. Там тоже все кругом говорили по-английски, и мне ничего не оставалось делать, как научиться этому языку. Это случилось не потому, что я такой одаренный, – усмехнулся Мирик, – мне просто с родителями повезло.

– Хорошо, присаживайтесь, – махнула ему рукой учительница. – Надеюсь, у меня и моих дорогих учеников еще будет возможность узнать вас получше.

– Ольга Сергеевна, – обратился к ней Милорадов, продолжая стоять, – а у вас в лицее так принято, называть старшеклассников на "вы"?

– Видите ли, Мирик, я своих ребят знаю практически с шести лет, когда они еще ходили в подготовительный класс нашего лицея. И конечно, к ним я обращаюсь по-простому, можно сказать, по-родственному, – с милой улыбкой ответила она.

– Тогда, если вам не трудно, обращайтесь ко мне так же, как ко всем, иначе я долго буду чувствовать себя чужаком и белой вороной, – погасив улыбку, серьезно попросил юноша.

– Договорились, – кивнула головой учительница, – я просто подумала, а вдруг ты обидишься? – с усмешкой заметила она.

В 10–11 классах в лицее, с целью подготовки учеников к будущему продолжению учебы в ВУЗах, все уроки проводились парами. Два урока литературы, два урока иностранного языка, два урока по работе на компьютере, и т. д. Первый час Ольга Сергеевна посвятила беседе о целях и задачах на предстоящий учебный год, а второй должен был пройти в обычном режиме изучения темы по программе. Во время переменки многие ученики собрались вокруг ее стола, задавали какие-то вопросы, но учительница краем глаза не переставала следить за новеньким. Он о чем-то оживленно разговаривал с Вовой Лукашиным и его ближайшим другом Димой Золотаревым. Затем ребята встали и вместе вышли из класса.

Женщина до сих пор не могла прийти в себя. Движения, жесты, походка, и даже довольно быстрый, слегка прерывистый говорок юноши, были совершенно такими же, как у Мирика Крылатова. В свое время семиклассница Оля все перемены простаивала неподалеку от десятиклассников и изучила все привычки мальчишки досконально.

Когда после окончания всех уроков 1 сентября Ольга Сергеевна задержалась в классе, заполняя что-то в журнале, в дверь постучали, и вошла женщина. Она узнала ее моментально. Учась в университете и уже встречаясь с Новомиром Львовичем, ей несколько раз приходилось видеть, как жена Крылатова приходила к нему на работу, один раз даже с четырехмесячным сыном на руках. Прошло 19 лет, но Екатерина Максимовна выглядела великолепно. Она лишь слегка располнела и обесцветила волосы.

– Здравствуйте, – обратилась та к учительнице, – я мама Мирика Милорадова.

– Добрый день, Екатерина Максимовна. Проходите, пожалуйста, присаживайтесь, – ответила Ольга, подвигая к столу еще один стул. – Я очень рада, что вы пришли сами, не дожидаясь родительского собрания.

– А как иначе, волнуюсь я за своего ребенка, хоть он уже и не маленький, с июня девятнадцатый год ему пошел. Когда Мирочке исполнилось 7 лет, мы жили в Германии. Он у меня заболел, и мальчику поставили страшный диагноз. Была сделана операция и, к счастью, диагноз не подтвердился. Мы вернулись в Россию, и в школу сыночка пошел с восьми лет. Так что он старше своих одноклассников на целый год.

– Вы знаете, Екатерина Максимовна, я обратила внимание, что на первой же переменке, Мирик оживленно беседовал с одноклассниками и, думаю, он легко впишется в коллектив, – уверенно заметила Ольга Сергеевна.

– Надеюсь, – ответила женщина.

– Я своих учеников и их родителей знаю очень хорошо, в курсе кто и куда намерен поступать после окончания лицея. А у вашего сына, какие планы, где он намерен продолжать учебу? – поинтересовалась учительница.

– Мой муж, вернее его фирма, является официальным дилером Германской компании BMW в России, занимается продажей новых автомобилей этой компании и некоторых других иностранных автомобильных фирм. Кроме того, у него целая сеть станций автосервиса. И Мирик, я уверена, продолжит бизнес отца. Он с самого детства увлечен автомобилями, очень хорошо в них разбирается, любит копаться в моторе. Его даже автослесари и автомеханики очень уважают, так как парень действительно в этом деле знает толк. Из остатков нескольких разбитых машин собственными руками собрал себе автомобиль, зарегистрировал его и с гордостью разъезжает по городу. Дядя Вася, очень опытный механик на одной из станций техобслуживания, который с детства учил сына разбираться во всех этих премудростях, шутит, что наш Мирка в моторе под капотом родился.

– Значит, поступать, по всей видимости, парнишка будет на автотранспортный факультет, – сделала вывод учительница.

– Да, но нам бы с отцом хотелось, чтобы Мира продолжил учебу в Англии. Там учат именно бизнесу. Хотя, сыночек наш не очень покладистый мальчик и заявил, что сам решит, где ему учиться.

Женщины беседовали довольно долго. Чувствовалось, что между ними возникла взаимная симпатия и доверие. Ольге очень хотелось спросить, куда же подевался Крылатов, потому что она уже не сомневалась, кто является истинным отцом мальчика. Когда они уже собирались расстаться, учительница сказала:

– У вашего сына такое редкое для нашего времени имя, я второй раз в жизни встречаю человека с именем Новомир. Много лет назад я знала Новомира Крылатова.

– А откуда вы его знали, если не секрет? – поинтересовалась Екатерина Максимовна, напряженно глядя на Ольгу.

– Я сама из Тюмени и этот парень учился в нашей школе тремя классами старше меня, – ответила та.

– Ну, если вы знали Крылатова, – немного помолчав, произнесла женщина, – то, вероятно, догадались, что это его сын. К несчастью, здесь и к гадалке ходить не надо. Уродился Мирик абсолютной копией своего биологического отца. И я каждый день молю бога, чтобы хоть характером мальчик оказался не в него. А еще мне бы очень не хотелось, чтобы кому-либо стало известно, что Мира для моего супруга является приемным сыном.

– Вы можете быть совершенно спокойны, – заверила ее Ольга Сергеевна. – Я знаю немало семейных тайн родителей своих учеников, но я сама мать и педагог, и никогда не поделюсь подобной информацией ни с кем, даже с мужем.

– Буду надеяться, – ответила женщина. – Мне бы самой очень хотелось навсегда забыть о существовании Крылатова. Но потрясающее сходство сына с отцом не дают мне этого сделать.

– Извините, а Мирик знает, что Павел Павлович не его родной отец?

– Конечно, знает. Мы разошлись с Новомиром, когда сыну было три годика. Отцом, надо признать, Крылатов был хорошим. Мирочка очень долго не мог понять, куда делся папа, и постоянно спрашивал меня о нем. В то время я соврала сыну и сказала, что папа умер. А когда он подрос, я рассказала ему об отце. Пояснив парню, что у того другая семья. Сейчас Крылатов живет в Америке, читает лекции по психологии в Бостонском университете, занимается наукой и вполне благополучен.

– А с сыном он хоть какую-то связь поддерживает? – спросила Ольга.

– К счастью, я лишила его этой возможности. Годы, которые мы прожили с Новомиром, оказались для меня одним сплошным кошмаром. Замуж я за него шла по безумной любви, хотя меня многие отговаривали, зная его легкомысленную натуру. Он тогда уже учился на четвертом курсе университета и сразу после его окончания поступил в аспирантуру. Учился заочно и преподавал в том же университете психологию. Я родила ему сына, назвала его именем, думала, уймется мужик, поймет, что у него семья. Не тут-то было. На педагогическом факультете университета, где учились в основном девушки, Крылатов чувствовал себя, как в малиннике. Другие преподаватели взятки за сдачу экзаменов с отстающих студентов брали деньгами, а Новомир Львович брал натурой. Я потребовала, чтобы он оставил преподавание, но и это не помогло. Сколько раз я его выгоняла, принимала, прощала и надеялась на лучшее.

Но всякому терпению приходит конец. Устав от его "дежурных" влюбленностей, от его ложных клятв и заверений, что это в последний раз, я подала на развод. С Пашей в тот момент мы были уже знакомы, хотя любовниками не были. Разведясь с Крылатовым, я сразу вышла замуж за Милорадова, сменила фамилию, и мы уехали в Германию. А Новомира, после окончания аспирантуры и защиты диссертации, пригласили читать лекции в Бостонский университет. Соседка мне рассказывала, что Крылатов много раз приезжал в Питер и пытался нас с сыном разыскать, но он не знал ни моей новой фамилии, ни где я нахожусь.

Когда мы вернулись из Германии, то жили в другом районе, и я долго сама ничего о Новомире не знала. Совсем недавно случайно встретила его бывшего приятеля, и он мне рассказал, что тот проживает в Америке и в Россию возвращаться не намерен.

– Екатерина Максимовна, а вам не кажется, что это довольно жестоко не давать возможности видеться отцу с сыном?

– Нет, не кажется, – решительно ответила женщина. – Я не желаю, чтобы он оказывал какое-то влияние на формирование характера моего мальчика. У этого человека просто патологическое влечение к женщинам. Уверяя меня в своей любви, он падал на все, что движется, – горько усмехнулась она.

– А как же вашему супругу удалось официально усыновить мальчика? Ведь отказ от сына Крылатов не писал, как я понимаю, – поинтересовалась Ольга Сергеевна.

– Очень просто, – ответила женщина, – я написала заявление в суд, что бывший муж пять лет не дает о себе знать, жив или нет неизвестно, а ребенка надо оформлять в школу. Безусловно, Павел ко всему прибавил очень солидную сумму, и мы все без труда оформили. Муж с моим сыном очень хорошо ладят, и мальчик довольно быстро, когда мы начали жить вместе, стал называть его папой.


Назад к карточке книги "Сплетение судеб (СИ)"


Источник: http://itexts.net/avtor-tatyana-belaya/8313-spletenie-sudeb-si-tatyana-belaya/read/page-1.html



Рекомендуем посмотреть ещё:


Закрыть ... [X]

Ещё статьи по теме: Сплетение судеб - ЛитМир
Кубики никитина сложи узор в москве
Повязать фартук
Шишкин вышивка крестом
Станки для плетения резинок
Поделки из изолона

Сплетение судеб Сплетение судеб Сплетение судеб Сплетение судеб Сплетение судеб Сплетение судеб